От Сталинграда до Ростова

Рассказ о третьей попытке прорвать гитлеровскую линию обороны по реке Миус в феврале 1943 года следует начать с Ростовской наступательной операции. Точнее, с окончания Сталинградской битвы. Второго февраля 1943 года бои под Сталинградом, длившиеся почти четыре месяца, закончились нашей убедительной победой. И по широкой полосе фронта началось общее наступление Красной Армии. Вот как об этом рассказывает официальная историография.

Седьмого февраля советские войска в составе 44-й, 58-й, 51-й, 2-й гвардейской и 28-й армий перешли в наступление на Ростовском направлении. Ожесточенные бои завязались в районе Батайска. Красной Армии противостояли 1-я и 4-я танковые армии вермахта, которые отошли к Ростову с Кавказа. Засевшие в Ростове гитлеровцы оказались почти в полном окружении. Лишь один путь – на Таганрог – соединял ростовскую группировку немцев с остальными войсками.
В этот же день, 7 февраля, наши войска взяли Батайск, расположенный на южном берегу Дона. А в ночь на 8 февраля казаки конно-механизированной группы генерала Н.Я. Кириченко форсировали по льду Дон и Мертвый Донец и тем самым лишили немцев надежды на получение подкрепления. Бои за Ростов, которые фактически шли в самом городе, длились шесть дней. Наконец 14 февраля части 28-й армии (командующий генерал-лейтенант В.Ф. Герасименко) овладели столицей Донского края городом Ростовом.
Генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн, который стал командующим группой армий «Юг» за день до взятия Ростова, оценив ситуацию, усмотрел угрозу окружения своим войскам и запросил у верховного командования согласие на отвод войск с Нижнего Дона за реку Миус. Гитлер не стал рисковать армиями Манштейна и санкционировал отход. Немцы отступили к Таганрогу и заняли оборону на правом берегу Миуса, тем самым усилив уже сложившуюся там линию обороны.
Отвод войск Манштейна за реку Миус еще не означал общего отхода гитлеровцев по всему Южному фронту. Манштейн собирал силы, чтобы начать контрнаступление против войск Юго-Западного фронта, сосредоточив всё внимание на Донбасском направлении. Воспользовавшись растянутостью советских войск более чем на 600 километров, а также некоторыми тактическими просчетами командования фронтов, немцы перешли в контрнаступление. Началось оно 19 февраля.
Под ударами превосходящих сил противника советские войска вынуждены были отступить на восток, за реку Северский Донец. Это позволило врагу нанести удары по частям и соединениям Воронежского фронта, которые с боями стали отходить. В результате 16 марта 1943 года войска Воронежского фронта вынуждены были во второй раз оставить Харьков, а затем и Белгород (города, как и Ростов, дважды переходившие из рук в руки). Но дальнейшее продвижение противника остановить удалось, и фронт стабилизировался.
Таким образом, ситуация, сложившаяся на Юго-Западном и Воронежском фронтах в феврале 1943 года, не позволила войскам Южного фронта преследовать противника и освободить Таганрог в те дни. К тому же немецкий оборонительный вал в феврале 1943 года представлял собой серьезное препятствие, хорошо укрепленную линию обороны, преодолеть которую советским войскам сходу вряд ли удалось бы. Для этого нужны были тщательная подготовка и неординарный тактический ход. Провести операцию по прорыву Миус-фронта и освободить Таганрог удалось лишь в августе 1943 года. Но этому предшествовала июльская операция, рассказ о которой впереди.
А пока войска Южного фронта заняли жесткую оборону и удерживали левый фланг советско-германского фронта. Так закончилась Ростовская наступательная операция в феврале 1943 года.

Семен (Николай) Морозов

Таганрог ждал освобождения

О том, что Ростов освободили, таганрожцы узнали почти сразу. Трудно сказать, откуда им стало об этом известно, то ли из листовок подпольщиков, то ли произошла «утечка информации» от самих немцев. Тем не менее жители воспрянули духом и ждали, что вот-вот освободят и Таганрог. Ждали этого часа и члены Таганрогского подполья Семёна Морозова, и партизанские формирования Неклиновского района, готовые в любой момент выступить в поддержку наступающих частей Красной Армии.
Подпольщики не только ждали, но и предпринимали активные действия. К этому времени у них уже скопилось достаточное количество оружия, которое они начали выдавать членам боевых групп. Для организации реальной помощи наступающим частям Красной Армии необходимо было выработать стратегию поведения, спланировать боевые действия и поставить конкретные задачи каждой группе. Для этого 18 февраля 1943 года поздним вечером на квартире Турубаровых в переулке Исполкомовском, 107 (дом не сохранился) Семён Морозов собрал свою группу.
В полночь заседание закончилось, и Морозов, не имея ночного пропуска, остался ночевать у Турубаровых. В это время в дом неожиданно нагрянула полиция и арестовала всех, кто там находился. Руководил задержанием уполномоченный криминального отдела полиции С.И. Ряузов. Всю ночь в доме Турубаровых шел обыск, в ходе которого полицаи изъяли компрометирующие материалы, указывающими на причастность семьи Турубаровых к подрывной деятельности: прокламации-бюллетени от 10 и 17 февраля 1943 года, 12 пол-литровых бутылок с керосином, часть карты города и два экземпляра списков. Что это были за списки — доподлинно неизвестно, но надо полагать, что подпольщиков.
Задержанных подпольщиков повели в полицию на Петровскую улицу. По дороге Петру Турубарову и Евгению Шарову удалось бежать. Попытался бежать и Семён Морозов, но на него набросились несколько полицаев, скрутили руки, и сопротивляться он уже не мог. В эту ночь и на следующее утро полицаям удалось арестовать почти всю группу Морозова и родителей некоторых подпольщиков.
В течение почти четырех суток шли интенсивные допросы с применением самых жесточайших и невероятных пыток. Изощренным издевательствам и насилию подверглись Рая и Валентина Турубаровы. В выборе методов допроса гитлеровцы и полицаи не стеснялись. Не добившись признательных показаний, немцы 22 февраля вывезли Семёна Морозова и его товарищей (всего 17 человек) в Кагатов овраг села Петрушино (Балка смерти) и там всех расстреляли. Кузьму и Марию Турубаровых и других родителей подпольщиков полицаи некоторое время подержали в своих застенках, а потом отпустили.
Жизнь Петра Турубарова на воле оказалась недолгой. Уйдя от погони 18 февраля, он некоторое время где-то скрывался, а затем вернулся домой к родителям в Исполкомовский переулок. Отец спрятал его на чердаке дома. Там он переждал время массовых арестов членов отряда Василия Афонова (май-июнь 1943 года). А 7 июля в дом к Турубаровым вновь нагрянула полиция. Из оружия у Петра имелся только пистолет. Он стойко отстреливался от пришедших его арестовывать полицаев, тяжело ранил одного из них, но, поняв безысходность своего положения, застрелился.
Не менее трагичной оказалась и судьба Жени Шарова. Он так же, как и Пётр Турубаров, скрывался у родственников, а когда начались массовые аресты, попытался морем вплавь уйти к своим, но был задержан морской патрульной службой оккупантов. В июле его расстреляли в том же овраге села Петрушино, где и остальных членов партизанского отряда Василия Афонова.
Таким образом, в феврале 1943 года освобождение Таганрога не состоялось, а городская подпольная организация понесла первые невосполнимые потери. До освобождения Таганрога жителям города оставалось ждать еще целых семь месяцев.

Послесловие

Трагическая судьба группы Николая Морозова, о которой мы вам рассказали, изложена в книге Г.Б. Гофмана «Герои Таганрога», в публикациях краеведов прошлых лет и в нашей книге «Вчера была война». Все подпольщики, погибшие от рук немецко-фашистских оккупантов, покоятся в братской могиле в Балке смерти села Петрушино. А Петра Турубарова родители похоронили на старом городском кладбище. Его могила находится за братским захоронением воинов Красной Армии, погибших при освобождении Таганрога в августовские дни 1943 года. Там же, рядом, похоронен и его отец Кузьма Иванович. А Вечный огонь – символ памяти и скорби – у подножия памятника-стелы горит и в память о Петре Кузьмиче Турубарове.

Виктор Волошин,
Валентина Ратник.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Skip to content