Остров, созданный для счастья. Сахалин

Остров, созданный для счастья. Сахалин

Рассказ о моей поездке на Сахалин можно было бы написать в ключе официального отчета о состоявшейся там конференции, поучаствовать в работе которой мне выпала честь. Да, действительно, на Сахалине завершила свою работу VII Международная научная конференция «“Остров Сахалин” А. П. Чехова в XXI веке». Она проходит раз в пять лет и в этом году была посвящена 160-летию со дня рождения А.П. Чехова, 130-летию со дня его путешествия на Сахалин и 125-летию с момента выхода книги «Остров Сахалин» отдельным изданием. Организатор мероприятия – Министерство культуры и архивного дела Сахалинской области при участии регионального правительства, координатор конференции – Музей книги А.П. Чехова «Остров Сахалин». На масштабное научное событие собрались более 50 участников. С докладами, помимо сахалинских учёных, выступили гости из Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Владивостока, Краснодара, Хабаровска, Тобольска, Ялты, Мелихова, а также исследователи из Аргентины, Бразилии, Китая, США, Южно-Африканской республики и Японии.

Даже воздух особенный!

Организаторы конференции много потрудились, чтобы международная конференция стала запоминающимся событием для учёных, преподавателей, работников музеев, библиотек, писателей и художников. Участники конференции посетили более десяти населенных пунктов острова: Южно-Сахалинск, Корсаков, Долинск, Александровск-Сахалинский, Поронайск, Тымовское, Кировское, Смирных.
Кроме обширной и содержательной научной части, в рамках конференции было открыто четыре выставки, показаны два спектакля, прошли презентации четырех изданий, проведены путевые и экспозиционные экскурсии, три семинара, организованы встречи с местными жителями, учителями школ, состоялась церемония передачи литературы в библиотеку исправительной колонии. Сахалинцы были очень гостеприимными и радушными хозяевами и устроили настоящий праздник науки и культуры для гостей и жителей острова.


И всё-таки это будет только часть правды о поездке. Другая часть – это личные переживания и впечатления. Сахалинцы говорили об особом воздухе острова, наставляли, мол, когда выйдешь из самолета, глубоко вдохни. Вдохнула и воздух действительно был особенным. А, может, и любой свежий воздух показался бы особенным после восьми часов в огромном «Боинге», где пятьсот пассажиров, дышали, обедали, ужинали, кашляли, чихали, смотрели фильмы, дремали, беседовали, читали, плакали (это о детях) и смеялись. Масштабы нашей страны поражают. Если бы столько времени летели от Москвы в другую сторону, то уже подлетали бы к Американскому континенту. Заботливый «Аэрофлот» каждые несколько часов раздавал свежие маски для лица и собирал использованные. Как ни крути, а объявленная пандемия требовала мер, одобренных санкционировавших перелёты органами. Встретили нас сотрудники аэропорта с направленными в лоб дулами инфракрасных бесконтактных термометров. Затем поток прибывших ожидала бифуркация – со свежими справками шли прямо в объятия встречающих, а тех, у кого справок не было, сразу разворачивали к столам, за которыми они заполняли бумаги и поставляли носы для ПЦР тестов. У меня справка была.

Писатель рисковал и жизнью, и здоровьем

Я ступила на землю Сахалина! Исполнилась мечта, сформировавшаяся после того, как я узнала о том, что сюда в 1890 году приехал мой герой – Антон Павлович Чехов. Добирался писатель на остров больше двух месяцев и испробовал все существовавшие на тот момент средства передвижения по суше и по воде: поезд, пароход, почтовые лошади, тарантас, лодку, пришлось какую-то часть пути проделать и пешком. Восемь часов в комфортабельном самолете показались детской игрушкой по сравнению с разливами сибирских рек, полурастаявшим снегом и колдобинах на дрогах, столкновением с почтовой тройкой, отсутствием элементарных условий для личной гигиены и многими другими трудностями пути. Понимаешь, почему прощаясь с родными, Чехов вполне серьезно говорил о том, что, может быть, и не вернется, он ехал, рискуя жизнью и здоровьем. Родители благословили образком и нательным золотым крестиком.
Меня встретили устроители конференции, на всех участников были оформлены цифровые пропуска. И снова подумала о том, что Чехова не только никто не ждал и, конечно же, не встречал, но у него вообще не было никакой уверенности, что, достигнув каторжного острова, его не развернут и не прикажут убираться восвояси. Не было никаких документов, рекомендаций, направлений… На удостоверение корреспондента газеты «Новое время», выписанное Сувориным, надежда была плохая. В последний момент Чехов решил вовсе не показывать его, поскольку хорошо понимал, что, возможно, именно с журналистом, да еще приехавшим с заданием от газеты, ложившейся на стол государю-императору, не захотят просто и искренне разговаривать или, тем более, показывать какие-то непарадные уголки сахалинской жизни.

Поселения успели стать городами

Смотрела на сахалинское небо и всё время вспоминала чеховское «климата здесь нет, а есть дурная погода». Так говорили Чехову о Сахалине, так говорили и мне перед поездкой. Я взяла зонтик, пальто, несколько тёплых свитеров, но сентябрь – сахалинское лето – оказался теплым и довольно ласковым: нас часто радовало солнышко. Были и дожди, но они, как по заказу, шли либо ночью, либо во время заседаний, а когда подходило время для прогулок, дождь прекращался. И снова вспомнила чеховскую строку из книги «Остров Сахалин»: «…при мне было очень хорошее лето, но метеорологические таблицы и краткие отчеты других авторов дают в общем картину необычайного ненастья». Да, и Чехова и нас, участников конференции, погода радовала, некоторые даже поплавали и в Татарском проливе, и в Охотском море!
Нас возили по острову в удобном автобусе, украшенном на корейский вкус. Почему на корейский? Не знаю. Может быть там был куплен автобус. Когда я была в Южной Корее, то запомнились все эти зановесочки и складочки в автобусах, из-за которых я разглядывала жизнь Кореи: перед глазами возник образ корейского крестьянина, сидевшего на маленькой скамеечке и высаживавшего в воду рассаду риса. Автобус идёт плавно, мы проезжаем населенные пункты, которых при Чехове не было. Какие-то поселения исчезли с карты острова, а какие-то стали большими городами – Южно-Сахалинск, Долинск, Александровск-Сахалинский, Поронайск. Небольшой участок пути пришлось проехать по гравийке, трясет. И снова мысль. А как же Чехов добирался? Дороги этой не было. Вот описание перехода пешком в Воскресенское: «Расстояние небольшое, всего шесть верст, но от непривычки путешествовать по тайге я стал чувствовать утомление после первой же версты. Шел, по-прежнему, сильный дождь. Тот час же по выходе из Ускова пришлось иметь дело с ручьём в сажень ширины, через который были перекинуты три тонких кривых бревна; все прошли благополучно, я же оступился и набрал в сапог. Перед нами лежала длинная прямая просека, прорубленная для проектирования дороги; на ней не было буквально ни одного сажня, по которому можно было бы пройти не балансируя, не спотыкаясь. Кочки, ямы, полные воды, жесткие, точно проволочные кусты, или корневища, о которых спотыкаешься, как о порог, и которые предательски скрылись под водою, а главное – самое неприятное – это валежник и груды деревьев, поваленных здесь при рубке просеки. <…> Сначала я старался только об одном – не набрать бы в другой сапог, но скоро махнул на все рукой, и предоставил себя течению обстоятельств». К этому еще можно добавить, что ночевать уже больному туберкулезом писателю пришлось в мокром белье на сене, постеленном на пол.
Нас же поселили в комфортабельной гостинице, предварительно вкусно накормив. Телефонная связь была везде, и мы отсылали родным и близким фотографии… Да, много воды утекло в реках Сахалина с тех пор, как здесь побывал Антон Павлович. Теперь сюда едут в туристические поездки летом, а зимой – кататься на лыжах. Дети учатся в прекрасных школах, здания которых раскрашены в яркие цвета и, наверное, радостно смотрятся на фоне белого снега. Один из участников конференции на заключительном заседании цитировал сочинение школьника: «Наш прекрасный остров не для каторги был создан!». Юный поэт уверен, что остров был создан для счастья. Конечно же он прав. Но сколько человеческого труда вложено в сегодняшнее благополучие!

Два села, шесть рек и четыре горы…

Итогом поездки Чехова на Сахалин было привлечение внимания российской общественности к проблемам жизни ссыльнокаторжных, образования для их детей. До сих пор не утратила своего значения книга «Остров Сахалин», которую изучают во всём мире. Чехов – выдающаяся фигура на культурном ландшафте острова: два музея изучают его жизнь и творчество, рассказывают о его книге. Именем писателя названы шестнадцать географических пунктов острова, два села, одна бухта, шесть речек, четыре горы, один перевал, один мыс, один пик. Влияние личности А.П. Чехова, его творчества продолжается и сегодня – его книги читают, ставят по ним спектакли и постановки.
С чем вернулась с острова я? С одной стороны, с более глубоким пониманием гражданского подвига писателя. С другой стороны, с тяжёлыми чемоданами: участникам конференции были подарены изданные на Сахалине книги. Издательская деятельность сахалинцев достойна похвал и благодарности. Я привезла немного сахалинских ягод, икры, кусочек вяленой рыбы. Но главное, что у меня полностью изменилась картинка в голове, теперь Сахалин для меня – это не только страшное место невыразимых мучений, о которых писал Чехов, но место, где живут друзья, где трудятся историки, литературоведы, музейщики, учителя школ воспитывают себе достойную смену. Есть на острове и свои трудности, среди которых не последнюю роль играют и оторванность от материка, и дороговизна жизни, и высокая влажность, и недостаток кислорода в воздухе, и многое, многое другое. И всё-таки Сахалин живёт, развивается и всё больше и больше похож на место, созданное Богом для счастья: сюда хочется вернуться…

Ольга СПАЧИЛЬ, Кубанский университет (г. Краснодар).
Фото автора, Аркадия Елфимова и с сайта музея книги «Остров Сахалин»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Skip to content